Роняет лес багряный свой убор,
Сребрит мороз увянувшее поле,
Проглянет день как будто поневоле
И скроется за край окружных гор.
Чем дороги нам пушкинские стихи? Красотой. Во всех смыслах. В них — зоркий взгляд на мир, мудрость, глубина, свет. Без этого жить невозможно.
200 лет назад в селе Михайловском в господском доме сидел у камина молодой человек 26 лет. Настроение у Александра Сергеевича было грустное. В родовом имении он жил не по своей воле: его сослал туда царь.
Пушкин писал:
Пылай, камин, в моей пустынной келье;
А ты, вино, осенней стужи друг,
Пролей мне в грудь отрадное похмелье,
Минутное забвенье горьких мук.
Горькие муки — от обстоятельств жизни. Он один. 19 октября — день рождения лицея, где учился Пушкин. Праздник поэта и его самых дорогих друзей — лицеистов. Уже шесть лет он не разделял с ними это торжество.
…на брегах Невы
Меня друзья сегодня именуют…
Но многие ль и там из вас пируют?
Ещё кого не досчитались вы?
Кто не пришёл? Кого меж вами нет?
Александр Сергеевич задавал вопросы. И отвечал на них. Ему вспомнился поэт и композитор Николай Корсаков — «кудрявый наш певец». Он умер в 20 лет. Вспомнился мореплаватель и учёный Фёдор Матюшкин. У него было смешное прозвище «плыть хочется». И что же?
С лицейского порога
Ты на корабль перешагнул шутя…
Пушкин восклицал:
Друзья мои, прекрасен наш союз!
Он как душа неразделим и вечен —
Неколебим, свободен и беспечен
Срастался он под сенью дружных муз.
Легко, двумя словами поэт описал свойства человеческой души: она неразделима и вечна. Таким был и остался союз их душ. А ещё неколебимым, свободным, беспечным. Это черты юности — лёгкой, беззаботной, доверчивой, богатой талантами.
Куда бы нас ни бросила судьбина,
И счастие куда б ни повело,
Все те же мы: нам целый мир чужбина;
Отечество нам Царское Село.
Из края в край преследуем грозой,
Запутанный в сетях судьбы суровой,
Я с трепетом на лоно дружбы новой,
Устав, приник ласкающей главой…
Но у взрослых людей отношения друг к другу омрачены жизненным опытом. Потому-то горек был «небратский их привет».
Троих из вас, друзей моей души,
Здесь обнял я. Поэта дом опальный,
О Пущин мой, ты первый посетил…
Вторым был «Горчаков, счастливец с первых дней»:
Нам разный путь судьбой назначен строгой;
Ступая в жизнь, мы быстро разошлись:
Но невзначай просёлочной дорогой
Мы встретились и братски обнялись.
А третий —
…сын лени вдохновенный,
О Дельвиг мой: твой голос пробудил
Сердечный жар, так долго усыпленный,
И бодро я судьбу благословил.
Пушкин вспоминал друзей — и у него менялось настроение. Он высказывал удивительные мысли — на все времена:
Служенье муз не терпит суеты;
Прекрасное должно быть величаво…
Так ли? Иначе? Но дальше — о Вильгельме Кюхельбекере, над которым прежде весело посмеивался: «и кюхельбекерно, и тошно». А сейчас надеялся на встречу:
Пора, пора! душевных наших мук
Не стоит мир; оставим заблужденья!
Сокроем жизнь под сень уединенья!
Я жду тебя, мой запоздалый друг.
Пушкин вспоминал — и прошлое становилось настоящим. Время исчезало, как в вечности. Поэт начал пророчествовать:
Предчувствую отрадное свиданье;
Запомните ж поэта предсказанье:
Промчится год, и с вами снова я…
Так и случилось. Через год он был на свободе. А пока представлял себе эту встречу:
О сколько слёз и сколько восклицаний,
И сколько чаш, подъятых к небесам!
И первую полней, друзья, полней!
И всю до дна в честь нашего союза!
Он благодарен «наставникам, хранившим юность нашу», и мёртвым, и живым: «Не помня зла, за благо воздадим». И восклицал:
…сердцем возгоря,
Опять до дна, до капли выпивайте!
Но за кого? о други, угадайте…
Ура, наш царь! так! выпьем за царя.
Он человек! им властвует мгновенье.
Он раб молвы, сомнений и страстей;
Простим ему неправое гоненье:
Он взял Париж, он основал лицей.
Пушкин простил царя. И этот пример радостного, сердечного прощения оставил нам.
Пируйте же, пока ещё мы тут!
Увы, наш круг час от часу редеет…
Невидимо склоняясь и хладея,
Мы близимся к началу своему…
Кому ж из нас под старость день лицея
Торжествовать придётся одному?
Мы-то знаем: это будет светлейший князь, канцлер Александр Михайлович Горчаков. И ему, через годы, Пушкин передавал привет:
Пускай же он с отрадой хоть печальной
Тогда сей день за чашей проведёт,
Как ныне я, затворник ваш опальный,
Его провёл без горя и забот.
Пушкин прочувствовал, какое богатство у него есть: дружба, творчество. Горькие муки, печаль оставил в прошлом. Конечно, он ещё опальный затворник, но жизнь продолжалась. Она прекрасна. Наполнена любовью и светом.
19 октября — это теперь 1 ноября. Двести лет не состарили стихи, не сделали их архаичными. В них живо и ясно каждое слово.
…Сегодня за окном серый осенний день. Холодно. Но я пишу про Пушкина — и душа согревается.
Роняет лес багряный свой убор…
Наталия ГОЛДОВСКАЯ