ПСАЛОМ ШЕСТНАДЦАТЫЙ

Понедельник, 21 Ноя 2016 | Рубрика: №11, ноябрь 2016 г.
Метки:

Молитва Давиду — так озаглавлен шестнадцатый псалом. И начинается он с просьбы: Услыши, Господи, правду мою, вонми молению моему, внуши молитву мою не во устах льстивых (1). В первом же слове царь и пророк выражает насущную потребность в том, чтобы его обращение к Господу не ушло в пустоту: услыши.

Наверное, все верующие знают: всякое  моление бывает услышано Богом. Но молитва молитве — рознь. На свете живут миллиарды людей — и у каждого особое духовное устроение. Соответственно этому и образ молитвы — тоже разный. Её дух складывается из того, какими мыслями наполнена душа человека, о чём его печаль, забота.

Не всякий ищет подлинной пользы. И Господь может не принять во внимание просьбы праздные или вредные. Во Второзаконии даже подчёркнуто (это потом повторит Христос): «Не искушай Господа Бога твоего» (Втор. 6. 16; Мф. 4. 7).

Преподобный Исаак Сирин советует: будьте в молитве просты, как дитя лепечущее. Вроде дитя невнятно лепечет, однако, материнское сердце настроено этот лепет услышать и принять. Дать дитяти, чего оно хочет, если это полезно.

Давид понимает: если Творец не услышит его прошения, то и молитвы как таковой не будет. Но почему-то тут же добавляет: правду мою. В этом присутствует некое дерзновение. Он ведь сам утверждал: «всяк человек лож» (Пс. 115. 2). Наша правда ничего не значит перед Господом.

Так что же имеет в виду Давид? Он был избран, освящён Богом, поставлен царём, пророком, возвышен над народом. Всем сердцем полюбил Господа, взыскал Его (Пс. 118. 10) — и боялся потерять дары, полученные от Него, умалить их действие в себе. Старался непорочно ходить перед Создателем, хранить дух, Который Творец вложил в Священное Писание.

Заповеди Божии освещали ежедневные молитвы и дела Давида. Как царь он отвечал за народ и его духовное состояние. Как пророк видел много такого, что было скрыто от других, — и учитывал в своих действиях.

Мы сказали бы Богу: «Я чист перед Тобой, не кривлю душой, что свидетельствует о серьёзности моего отношения к Тебе». А Давид говорит: правду мою. Вот причина, по которой Господь должен его услышать.

Начальные слова псалма приводят нас к выводу: как же непросто — предстать перед Богом. А дальше — ещё одна просьба: вонми молению моему. Казалось бы, услышать и внять — близкие понятия. Но внять — это когда мольба не просто коснётся слуха, а найдёт отклик. Здесь усиливается смысл: услыши и вонми, не отвернись.

Молитва исходит не из льстивых уст: внуши молитву мою не во устах льстивых. Каждый из нас подвержен лицемерию, лести. И, прежде всего, мы обольщаем самих себя, преувеличиваем свои добродетели, достоинства. Считаем, что совершеннее, умнее других людей — и в практической деятельности, и в духовном плане. А если сделаем что-нибудь, на наш взгляд, удачное, то сразу возникает дух самовозношения, высокой самооценки, гордыни. И часто мы не замечаем этот тонкий грех.

А как ведём себя, когда просим о чём-то лицо, обладающее властью? Стараемся задобрить, создать хорошее мнение о себе — и для этого притягиваем других людей: пусть они подтвердят. И льстивые уста из ничтожества могут сделать величие.

Лесть трудно победить. Вся наша жизнь устроена на лицемерии. Но дальше земли оно не пойдёт: небо его не примет. Богу всё открыто, Он видит глубже, чем внешние свидетели, и лесть противна Ему. В одном из псалмов так и сказано: «льстива гнушается Господь» (Пс. 5. 7).

Люди часто не понимают, что Творцу надо всё говорить прямо. Когда встаёшь перед лицом Божиим в правде и начинаешь себя изучать, то вдруг улавливаешь, как высоко думал о себе, искал похвалы от людей и прочее. Оказывается, одеяние нашей души — мнимое, нет у неё ризы спасения, которая радовала бы духовный мир.

Пророк Давид решительно настроен отринуть лесть — и просит Господа: внуши молитву, дай такой молитвенный дух, когда ясно видишь в себе тончайшую неправду, пленение из самых глубин и можешь неосуждённо обращаться к Создателю. Это подобно исповеди, растворённой молитвой и пониманием, как нам нужна помощь свыше.

От лица Твоего судьба моя изыдет, очи моя да видита правоты (2). От всеведущего, всеблагого лица Божия исходит промысл о человеке. Судьба — это вся наша жизнь в целом: вчерашний, сегодняшний, будущий день. Господь хранит нас непрестанно, направляет властной рукой и не подавляет нашей свободы.

В языческом мире люди преклонялись перед судьбой, считали, что она жёстко предопределена. Да и теперь утверждают: «Это мне судьбой дано». А не Богом Промыслителем.

Христос говорит: «кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мк. 8. 34). Бог призывает — и если человек это исполняет, его судьба складывается правильно.

Пророк Давид ходил пред лицом Господним. И просил: очи моя да видита правоты — видят осуществление Божией правды, истины в мире. Псалмопевец прибегает к усилению: да видят — непременно, обязательно, не иначе.

Творец являет Себя, Свою правду в жизни Церкви, народа, государства. Пророческий дух созерцает дела Создателя — и Давид молится, чтобы духовное зрение у него не притупилось.

Искусил еси сердце мое, посетил еси нощию, искусил мя еси, и не обретеся во мне неправда (3). Ночью стихает людской гомон. В городе, конечно, шум продолжается, а на даче выйдешь на улицу — там такая тишина! Смотришь на небо, успокаиваешься — и мысль возносится к Богу.

Но время это может быть искусительным. На добычу выходят ночные хищники. Князь тьмы тоже нападает ночью. Человек расслабился, отдыхает — и на него легче воздействовать, испугать.

Вероятно, царя Давида ночью посещал Господь или Его посланники, как и многих подвизающихся. Подобные посещения — тоже некий искус, который, как урок, на всю жизнь остаётся в памяти. Пробуждает сознание, открывает человеку то, что в нём сокрыто.

У Давида правильное внутреннее устроение, он понимает, что ни словами, ни мыслями не лгал Богу и людям: и не обретеся во мне неправда.

В ответ на Божие посещение ночью пророк говорит: Яко да не возглаголют уста моя дел человеческих, за словеса устен Твоих аз сохраних пути жестоки (4).

Дела человеческие всегда перед нами. Со всех сторон льётся информация: то телефон звонит, то по электронной почте письмо приходит. Или знакомый встретился, сразу спрашивает: «А ты новость слышал?»

Из дел человеческих состоит вся земная история. Её надо знать. И с каким интересом читаем мы книжки о жизни древних царей, стран, философов, писателей! Но этим нельзя ограничиваться. В море разговоров, мыслей можно утонуть, раствориться.

Священное Писание открывает: в человеке есть иной мир. Ради него Давид сохранял узкие, жёсткие пути: за словеса устен Твоих аз сохраних пути жестоки. Пророк понуждал себя так поступать. И Христос подтверждает, что это правильно: «Царство Небесное силою берётся (на церковно-славянском языке — нудится), и употребляющие усилие (нуждницы) восхищают его» (Мф. 11. 12).

Конечно, нам надо и повеселиться, и побалагурить. По-человечески это нормально. Никого не будем осуждать, но постараемся знать трудный, узкий путь, который нам указал Бог, воздерживаться, внутренне собираться, не распыляться. И помнить эти золотые слова пророка Давида.

Его молитва продолжается: Соверши стопы моя во стезях Твоих, да не подвижутся стопы моя (5). Жизнь человека не стоит на месте, она идёт вперёд — к вечности. Духовные стопы — это наше стояние в правде перед стихиями, страхами, ложью. У человека могут появиться сомнения и шатания из стороны в сторону. Пророк Давид хочет сохранить верность Богу, остаться во стезях Твоих. И не колебаться — не подвижутся стопы моя.

Аз воззвах, яко услышал мя еси, Боже, приклони ухо Твое мне и услыши глаголы моя (6). Я воззвал — звучит высоко, даже торжественно: пророк верит Богу и взывает к Нему, потому что Господь его слышит. Давид просит о Божественном снисхождении: приклони ухо Твое мне. И о снисхождении особом — приходе Христа в наш мир. Какое прозрение!

Удиви милости Твоя, спасаяй уповающыя на Тя от противящихся деснице Твоей (7). Псалмопевец постоянно чувствовал милость, любовь, покровительство Бога. Но человек привыкает даже к самым высоким переживаниям. Душа насыщается ими — и они могут показаться чем-то обыденным, сердце не раскрывается в благодарности, молитве.

Удивление — одно из сильных религиозных чувств, когда человек живо откликается на каждое слово Божие, вдруг по-новому прочитывает, открывает его глубину — и исчезают пассивность, равнодушие.

Давид обращается к Создателю: удиви милости Твоя. Милость Божия превосходит всякое наше представление. Христос исцелял, воскрешал людей — и они были потрясены: оказывается, Бог с нами!

О каких противящихся деснице Твоей говорит дальше пророк? Это те, которые не принимают веру всерьёз, считают себя особенными, хорошими — не такими, как остальные грешники.

Десница — правая рука. На иконах Господь Вседержитель часто держит в ней земной шар. Этой деснице — воле Божией, которая хочет явить себя через каждого из нас — люди могут противиться. Бог говорит одно, а человек делает по-своему: «Зачем поститься, молиться, причащаться? Это всё попы выдумали!»

Сохрани мя, Господи, яко зеницу ока, в крове крылу Твоея покрыеши мя (8). Пророк просит сохранить его — и объясняет, как именно. Зеницу ока — зрачок защищают веки. Если к глазу приближается опасность, веки закрываются так быстро, что появилось особое выражение для этого: во мгновение ока. Мы даже не успеваем ничего осознать.

В любой момент на нашу душу могут обрушиться неприятности. От них спасает духовный кров крыльев Господних: в крове крылу Твоея покрыеши мя.

В Евангелии Христос тоже использует этот образ, когда обращается к Иерусалиму:  «сколько раз хотел Я собрать детей твоих, как птица собирает птенцов своих под крылья, но вы не захотели!» (Мф. 23. 37).

Летом я видел, как над нашими дачами пролетал ястреб. А он охотится за птенцами. Ласточки издали заметили его — и всей стаей стали прогонять: одна в спину клюёт, другая в хвост. Ястреб, сломя голову, полетел прочь. Вот как кровом крыл защищают птенцов! И Давиду это известно.

От лица нечестивых, острастших мя, врази мои душу мою одержаша (9). Мы уже говорили, что почти в каждом псалме возникает тема праведника и грешника. Тут речь идёт о людях, жизнь которых далека от Бога. Они передают другим свои дурные склонности, пороки, как наше лицо передаёт настроение. Человек даже невольно реагирует на острастших мя — подверженных страстям. А нечестивые навязывают своё зло окружающим: врази мои душу мою одержаша.

Пророк Давид даёт характеристику беззаконным людям: Тук свой затвориша, уста их глаголаша гордыну (10). А тук — это жир, образ довольства, полного удовлетворение страстей, похотей. Души заросли «жиром». И произошло такое духовное изменение от высокого самомнения, гордыни: уста их глаголаша гордыну. Люди уже не могут трезво посмотреть на себя. И говорить им об этом бесполезно.

Они не удивляются такому светильнику, как святой Давид, и даже восстают против него: Изгонящии мя ныне обыдоша мя, очи свои возложиша уклонити на землю (11). Скорее всего, эти изгонящии — изгоняющие солидарны в действиях: обыдоша — окружили его со всех сторон, хотят совершить беззаконие — низложить царя. И он объясняет, почему: очи свои возложиша уклонити на землю. Все интересы этих людей связаны с земным благополучием.

Бог всё дал нам в изобилии, но заповедал господствовать над этим, чтобы мысль и жизнь человека не подчинялись временным материальным богатствам, власти или славе. Противники царя Давида не принимают того, в чём сам он твёрд.

Пророк сравнивает их с хищниками: Объяша мя яко лев готов на лов, и яко скимен обитаяй в тайных (12). Лев готовится на лов — к охоте, и в его рычании проявляется такое могущество, что многие животные цепенеют от страха. А скимен — львёнок прячется в тайных — в засаде, чтобы застать врасплох того, кто окажется рядом.

Лев и скимен ведут себя в соответствии с природой. Но человеку-то открыто понимание сути вещей, правильное отношение к ним! А люди, словно хищники, настроились на охоту, чтобы уничтожить «нежелательное» лицо.

Воскресни, Господи, предвари я, и запни им, избави душу мою от нечестиваго, оружие Твое от враг руки Твоея (13). Пророк просит: восстань, Господи, предвари — опереди их Своим Всемогущим действием, запни им — положи предел, который они не смогут переступить, и избавь душу мою от нечестивого и беззаконного — одного человека или целого союза.

Интересно такое замечание псалмопевца: оружие Твое от враг руки Твоея. Видимо, этот образ существовал в народе. Войны проходили часто, и воинам желали: «Пусть оружие врагов окажется в твоих руках!» Чтобы этим оружием окончательно смирить и победить недругов.

На царя Давида восстают те, кто противится  Богу — и пусть их оружие будет в Его руках.

Господи, от малых от земли раздели я в животе их, и сокровенных Твоих исполнися чрево их, насытишася сынов, и оставиша останки младенцем своим (14). Давид молится, чтобы Господь отделил звероподобных людей в животе — жизни от простого народа, беззащитного перед насилием, жестокостью. Они ни над кем не должны творить свою злую волю.

Беззаконники пользуются благами, которые Бог в изобилии дал всему народу, государству: сокровенных Твоих исполнися чрево их. Но интересы их сосредоточены вокруг собственной утробы. Они не ограничивают себя в пище, удовольствиях, собрали столько ценностей, что хватит для сверхбогатой жизни и сыновьям, и внукам.

Аз же правдою явлюся лицу Твоему, насыщуся, внегда явити ми ся в славе Твоей (15). Первый стих псалма говорит о правде: услыши, Господи, правду мою. И в конце пророк снова возвращается к ней: он прошёл непростой жизненный путь и в правде предстаёт перед Творцом и Создателем. Царя Давида насыщают те блага, которые может дать только Сам Господь, когда открывает Свою Божественную славу. Эту силу благодати получают верные последователи закона Господня.

Протоиерей Георгий БРЕЕВ

Ваш отзыв